Да и здесь, в Люксембурге, у отрогов Арденн, у нас есть друзья.

Мой собеседник - крепкий, на вид еще молодой литейщик. Но ему много пришлось пережить. Он хорошо помнит осеннее утро 1942 года, когда пролетарский Эш подал сигнал к всеобщей забастовке. Товарищ Карл был нашим соратником в борьбе против фашизма. Он провел годы в гитлеровских тюрьмах и лагерях и чудом уцелел.

Он рассказывает, что в годы войны в чащу Арденн бежали антифашисты из многих стран. Были тут и советские воины, вырвавшиеся из фашистского плена. В лесах формировались партизанские отряды.

Утром товарищ Карл повел меня на окраину города, на кладбище. Там, на фоне ограды и коттеджей, населенных литейщиками, стоит обелиск из розовато-серых плит арденнского песчаника: "Советским гражданам, погибшим в Люксембурге ".

Карл показывает мне список. Валентине Россошановой было восемнадцать лет, Анастасии Погоняло - семнадцать. Илье Видному- девятнадцать.

Владислав Савчук, Николай Вронский, Владислав Вронский... Это малыши, родившиеся накануне войны и вместе с матерями попавшие в неволю, угнанные на запад.

Пятьдесят два имени в этом скорбном списке. Кто-то ведь заметил могилы этих замученных в разных местах страны, с тем чтобы потом, после войны, соединить их вместе, в братской могиле. Кто? Люксембуржцы, друзья, участники Сопротивления. Они же собрали средства на постройку памятника...

Прекрасный памятник, один из лучших здесь!

Я прощаюсь с ним последним, долгим взглядом. Я думаю о тех, чьи сыновья и дочери лежат здесь, так далеко от Родины. Пусть знают: Люксембург помнит мучеников.